В 2007 году звание самого продаваемого художника получил не какой-нибудь Мане, Моне или даже Пикассо, а всеми обруганный, воспетый и триста раз разобранный по винтикам Энди Уорхол.
Прошлый год для Уорхола выдался урожайным: на мировых аукционах были проданы его работы на сумму 422.3 млн долларов, причем 74 из них ушли с молотка не менее чем за миллион. Абсолютный рекорд поставила картина из серии, которая как-то не вяжется с именем короля поп-арта, «Авария зеленой машины» из серии «Смерть и несчастья» была продана на аукционе Christie’s за 71.7 миллиона — сумма даже по нынешним временам фантастическая. А тем более за смерть и несчастья — за фотографию из журнала Newsweek с места автокатастрофы, повторенную много раз в разном масштабе. Однако кому-то (покупатель пожелал остаться неизвестным) такая вешь показалась достойной для того, чтобы повесить ее у себя дома и любоваться. Интересно, что 30 лет назад, в 1978 году на том же аукционе та же работа была продана за скромные 70 тыс. баксов. Что тут сказать — мир меняется! И только Уорхол вечен и вечно дорожает.
В этом году, по самым скромным подсчетам (точная дата и даже год рождения художника неизвестны), ему исполнилось бы 80 лет. За прошедшие со дня смерти 20 лет Уорхол превратился в икону — его изображения, его картины, его мысли, вещи, самые нелепые выходки стали предметом всеобщего несколько неестественного радостного поклонения. Сейчас кажется, что он и сам был таким, как его самые растиражированные работы — ярким, кислотным, практически плоским и всегда в звездах и вспышках.
Каким бы он ни был на самом деле, Уорхол точно не был банкой супа «Кэмпбел»: стандартной, блестящей и безвкусной дешевкой. Этот человек очень боялся смерти, часто о ней думал, был религиозен (вероятно, даже практикующим католиком) и очень не уверен в себе. Он с одинаковым упоением превращал в икону Мэ-рилин Монро и неизвестных нью-йоркских гангстеров, чьи фотографии он находил в полицейских отчетах. Последних, кстати, запретили выставлять: Уорхол сделал шел ко графи ю с изображением преступников ко Всемирной выставке в Нью-Йорке. Предполагалось, что эта работа украсит фасад одного из павильонов, но мэр возмутился, дескать, одно дело портреты звезд, а другое — убийц. Тем более с таким двусмысленным названием — художник назвал свою работу «Самые желаемые мужчины», воспользовавшись, естественно, привычной для американского уха формулой most wanted. Но почему-то, глядя на портреты преступников, обработанные Уорхолом, все вспоминали, что художник-то гей. Короче говоря, работу сняли, а в памяти миллионов остался только радостный и бодрый Уорхол, воспевавший красоту и успешность голливудских звезд, требовавших для всех 15 минут славы и ратовавших за всеобщую уравниловку. Художник хотел, чтобы все люди стали однообразными, как машины. Видимо, сам Уорхол очень хотел стать таким же, как все, уж слишком многое отличало его от среднестатистических американцев. Вероятно, всем тем, кто превратил его в икону, тоже очень хотелось забыть о «смерти и несчастьях», но помнить, что Уорхол был и останется самым продаваемым и самым успешным художником XX века.
EGO ОКТЯБРЬ 2008
Загрузка ...